Александр Алексеевич Бессолицын, доктор экономических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Центра экономической истории; профессор кафедры социальной и экономической истории Института общественных наук
117292, Москва, ул. Дмитрия Ульянова, 19;
119571, Москва, пр. Вернадского, 82.
Alexander A. Bessolitsyn, Dr. Sci. (Econ.), Professor, Center of Economic History; Professor of the Department of Economic History, Institute of Social Sciences,
19, ul. Dmitriya Ulyanova, Moscow, 117292;
82, pr. Vernadskogo, Moscow, 119571.
Освоение русскими торговыми фирмами Северо-Восточного Китая началось во второй половине XIX века. Политика российского правительства, направленная на развитие Дальнего Востока, которую активно продвигал министр финансов Сергей Юльевич Витте, стимулировала строительство Сибирской железнодорожной магистрали и ее участка — КитайскоВосточной железной дороги (КВЖД). Это, в свою очередь, способствовало формированию в Маньчжурии свободной экономической зоны, где отрабатывалась новая для России модель хозяйствования с опорой на предпринимательство. Однако деятельность русской колонии в Маньчжурии была ограничена полосой отчуждения КВЖД, а также отдельными городами, не имевшими большого торгового значения. Это приводило к тому, что компании, учреждавшиеся для разработки полезных ископаемых, развития промышленности и торговли, были относительно небольшими как по заявленному основному капиталу, так и по финансовым результатам. Тем не менее процесс экономического освоения этой территории продолжался, даже несмотря на поражение России в Русско-японской войне. Он был остановлен только с началом Первой мировой войны, а после 1917 года русские коммерсанты были вынуждены ликвидировать свой бизнес. В результате торговые дома и компании, принадлежавшие российским предпринимателям, стали постепенно переходить в руки китайцев, японцев и европейцев. В предлагаемой статье на основе анализа архивных источников, хранящихся в Российском государственном историческом архиве, статистических справочников, а также дореволюционной и современной научной литературы предпринята попытка раскрыть деятельность русских акционерных обществ и торговых домов, учрежденных в Манчжурии в конце XIX — начале ХХ века, показать их роль в развитии этого региона.
Russian trading firms had already been operating in southeastern China by the second half of the nineteenth century. The Russian government’s development policy for the Far East, which was strongly advocated by the then minister of finance Sergei Witte, prompted construction of the Siberian railway line, one trunk of which was the Chinese Eastern Railway (KVZD). This railroad was then instrumental in forming a free economic zone in Manchuria where Russia’s new economic model that supported entrepreneurship could be tested. However, the activities of the Russian colony in Manchuria were confined to the right of way of the KVZD and to certain cities of little commercial interest. As a result, the companies established to extract minerals and develop industry and trade remained relatively small in both their capitalization and financial results. However, economic development of this territory continued despite Russia’s defeat in the Russo-Japanese war and stopped only after the First World War began. The final blow came when Russian businessmen were forced to liquidate their businesses. The trading houses and companies owned by Russian entrepreneurs gradually became property of Chinese, Japanese and European owners. This article gives an account of the operations of Russian joint-stock companies and trading houses established in Manchuria at the end of the nineteenth century through the beginning of the twentieth and indicates the role those firms played in the development of the region. The research analyzed archival sources from the Russian State Historical Archive (RSHA) and statistical reference works along with preRevolutionary and modern scholarly literature.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.