Владислав Сергеевич Чесноков – аспирант департамента прикладной экономики факультета экономических наук
109028, Москва, Покровский бул., 11
Vladislav S. Chesnokov, Postgraduate Student, Applied Economics Department
11, Pokrovskiy bul., Moscow, 109028
Статья посвящена исследованию исключающих условий договоров (exclusionary clauses) на многосторонних рынках с сетевыми эффектами. Предмет статьи — влияние договоров об участии в выручке между разными типами разработчиков приложений и производителями мобильных устройств на конкуренцию и выигрыши потребителей. Целью работы является определение мотивации укоренившегося разработчика к заключению исключающих контрактов и анализ влияния конкурентной политики, регулирующей исключающие договоры, на благосостояние пользователей, производителей мобильных устройств и разработчиков приложений. С помощью игровой модели продемонстрировано, что договор, исключающий предустановку приложения новичка, негативно влияет на благосостояние потребителей в случае, если они несут ненулевые трансакционные издержки при самостоятельной установке приложения новичка. Мотивация к предложению исключающего договора у укоренившегося разработчика обусловлена дополнительной прибылью в результате монополизации рынка цифровой рекламы на основе контроля потока персональных данных индивидуальных пользователей. Эта прибыль позволяет ему предложить производителям мобильных устройств достаточную для отказа от предустановки приложения новичка компенсацию. Существенным результатом модели является вывод о том, что структуру рынка определяют не пользователи и рекламодатели, взаимодействие которых внутри приложений создает ценность, а разработчики приложений и производители мобильных устройств, которые являются посредниками во взаимодействии пользователей и рекламодателей друг с другом. С помощью модели проведено сравнение политики запрета исключающих договоров в случае, если они негативно влияют на благосостояние потребителей, и политики экрана выбора, которая позволяет пользователям при первом запуске мобильного устройства самостоятельно выбирать приложение, которое они хотели бы использовать. Политика экрана выбора является предпочтительной, поскольку ее внедрение лишает укоренившегося разработчика стимулов к разработке альтернативных методов блокировки входа новичка на рынок.
This article examines exclusionary clauses applied across networks in multi-sided markets and focuses on how revenue-sharing agreements between different types of application developers and mobile device manufacturers impact competition and consumer welfare. The study examines why incumbent market players resort to exclusionary contracts and how the competition policies applied affect the welfare of users, mobile device manufacturers, and application developers. Using a game theory model, the author shows that excluding a newcomer’s application prior to installation reduces welfare when users must incur costs to install the newcomer’s app. An incumbent developer’s motive in seeking an exclusionary contract lies in the additional profits accrued by monopolizing the digital advertising market through control of the flow of users’ personal data. These profits enable incumbents to compensate manufacturers for blocking the installation by default of a newcomer's application. A key finding from the model is that market structure is determined not by users and advertisers, whose interaction via applications creates value, but by application developers and mobile device manufacturers, who are intermediaries in the interaction between users and advertisers. The model compares the policy of prohibiting exclusionary contracts when they negatively affect consumer welfare with the policy of a choice screen, which allows users to select independently the apps they would like to use when they first launch their mobile device. The choice screen policy is preferable because its implementation removes the incentive for established developers to pursue alternative methods of blocking new entrants to the market.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.