ecpolicyЭкономическая политикаEconomic Policy1994-51242411-2658Economic Policy10.18288/1994-5124-2021-1-38-55ecpolicy-86Research ArticleНАЛОГОВОЕ ПРАВОTAX LAWМногосторонняя конвенция: возможные проблемы правовой неопределенностиMultilateral Convention: Potential Issues of Legal UncertaintyПодшиваловаД. Я.PodshivalovaD. Ya.

Дарья Яковлевна Подшивалова, аспирант международно-правового факультета

119454, Москва, пр. Вернадского, 76

Daria Ya. Podshivalova

76, Vernadskogo pr., Moscow, 119454

d.podshivalova@inno.mgimo.ruМосковский государственный институт международных отношений (университет) МИД РФ (МГИМО)РоссияMGIMO UniversityRussian Federation2021280220211613855Copyright © Подшивалова Д.Я., 20212021Подшивалова Д.Я.Podshivalova D.Y.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.ecpolicy.ru/jour/article/view/86

1 октября 2019 года в отношении Российской Федерации вступила в силу многосторонняя конвенция по выполнению мер, относящихся к налоговым соглашениям, в целях противодействия размыванию налоговой базы и выводу прибыли из-под налогообложения. Главной задачей многосторонней конвенции является введение минимальных стандартов для борьбы с уклонением от налогообложения. Благодаря многосторонней конвенции подходы, выработанные в рамках плана БЭПС, будут применяться к большому числу соглашений об избежании двойного налогообложения без проведения длительных двусторонних переговоров. С 1 января 2021 года многосторонняя конвенция начала применяться в отношении ряда налоговых соглашений, заключенных Российской Федерацией. Однако некоторые аспекты применения многосторонней конвенции вызывают спорные вопросы, которые в настоящий момент остаются неразрешенными. В краткосрочной перспективе можно ожидать, что применение ряда положений многосторонней конвенции усугубит проблему правовой неопределенности в международном налоговом планировании и приведет к увеличению числа споров по налоговым соглашениям. Задачей настоящей статьи выступает исследование ключевых положений многосторонней конвенции и выявление проблем их правоприменения для последующего анализа возможных способов преодоления правовой неопределенности при применении этой конвенции. Рассмотрены цели принятия многосторонней конвенции, проанализированы содержание и порядок применения, а также ее основной стандарт — тест основной цели. Выявление спорных вопросов правоприменения многосторонней конвенции до начала ее активного использования имеет важное значение, поскольку позволит на более ранней стадии обратить внимание на возможные проблемы и скорее перейти к их разрешению, что будет способствовать повышению правовой определенности в сфере международного налогового планирования и дальнейшему развитию внешнеэкономического сотрудничества.

On October 1, 2019, the Multilateral Convention to Implement Tax Treaty Related Measures to Prevent Base Erosion and Profit Shifting entered into force with respect to the Russian Federation. The main purpose of the MLI is to establish minimum standards for combating international tax avoidance. The MLI will extend the key approaches of the BEPS plan at once to a large number of bilateral double tax treaties. The application of the MLI is expected from January 1, 2021 in relation to a number of tax treaties concluded by the Russian Federation. At the same time, certain provisions of the MLI leave some questions about their application and may cause new problems for the taxpayers and tax authorities. In the short term, the application of a number of MLI provisions may be expected to increase uncertainty in international tax planning and lead to an increase in the number of disputes over tax treaties. The main purpose of this article is to analyze the key provisions of the MLI and identify possible problems of their enforcement for the subsequent analysis of potential ways to overcome the legal uncertainty of the application of the MLI. To this end, the tasks were set to study the goal of adopting the MLI, and analyze the content and procedure for the application of the MLI, as well as the content of the key standard of the MLI—the principal purpose test. Identifying the problems of law enforcement before the start of active use of the MLI is important, since it would allow one to pay attention to possible problems at an earlier stage and quickly move to their resolution, which would contribute to the formation of a higher level of legal certainty in the field of international tax planning and further development of foreign economic cooperation. 

международное налоговое правомногосторонняя конвенция ОЭСРплан БЭПСпротиводействие уклонению от налогообложениятест основной целиправовая определенностьмеждународное сотрудничествоinternational tax lawMultilateral InstrumentMLIanti-avoidanceprincipal purpose testtax certaintyinternational cooperationReferencesМилоголов Н. С., Берберов А. Б. Предложения ОЭСР по развитию механизма взаимосогласительной процедуры и его состояние в Российской Федерации // Налоги. 2018. № 1. С. 42–46.Milogolov N. S., Berberov A. B. Predlozheniya OESR po razvitiyu mekhanizma vzaimosoglasitel’noy protsedury i ego sostoyanie v Rossiyskoy Federatsii [OECD Proposals Concerning the Development of the Mutual Agreement Procedure Mechanism and Its State in the Russian Federation]. Nalogi [Taxes], 2018, no. 1, pp. 42-46.Хаванова И. А. Международные налоговые договоры: новая многосторонняя реальность // Финансовое право. 2018. № 6. С. 28–30.Khavanova I. A. Mezhdunarodnye nalogovye dogovory: novaya mnogostoronnyaya real’nost’ [International Tax Treaties: A New Multifaced Reality]. Finansovoe pravo [Financial Law], 2018, no. 6, pp. 28-30.Хаванова И. А. Налоговые соглашения России // Экономико-правовой бюллетень. 2013. № 9. С. 7–159.Khavanova I. A. Nalogovye soglasheniya Rossii [Russian Tax Treaties]. Ekonomiko-pravovoy byulleten’ [Economic and Legal Bulletin], 2013, no. 9. pp. 7-159.Хаванова И. А. Принцип основной цели: новеллы международных налоговых правил // Финансовое право. 2019. № 7. С. 40–43.Khavanova I. A. Printsip osnovnoy tseli: novelly mezhdunarodnykh nalogovykh pravil [Basic Goal Principle: Novels of the International Taxation Rules]. Finansovoe pravo [Financial Law], 2019, no. 7, pp. 40-43.Шепенко Р. А. Международные налоговые правила. Ч. 1. М.: Юрлитинформ, 2012.Shepenko R. A. Mezhdunarodnye nalogovye pravila. Ch. 1 [International Tax Rules. Part 1]. Moscow, Yurlitinform, 2012.Bravo N. The Multilateral Tax Instrument and Its Relationship with Tax Treaties // World Tax Journal. 2016. Vol. 8. No 3. P. 279–304.Bravo N. The Multilateral Tax Instrument and Its Relationship with Tax Treaties. World Tax Journal, 2016, vol. 8, no. 3, pp. 279-304.Broe L. D., Luts J. BEPS Action 6: Tax Treaty Abuse // Intertax. 2015. Vol. 43. No 2. P. 122–146.Broe L. D., Luts J. BEPS Action 6: Tax Treaty Abuse. Intertax, 2015, vol. 43, no. 2, pp. 122-146.Chand V. The Principal Purpose Test in the Multilateral Convention: An In-Depth Analysis // Intertax. 2018. Vol. 46. No 1. P. 18–44.Chand V. The Principal Purpose Test in the Multilateral Convention: An In-Depth Analysis. Intertax, 2018, vol. 46, no. 1, pp. 18-44.Danon R. J. Treaty Abuse in the Post-BEPS World: Analysis of the Policy Shift and Impact of the Principal Purpose Test for MNE Groups // Bulletin for International Taxation. 2018. Vol. 72. No 1. P. 31–55.Danon R. J. Treaty Abuse in the Post-BEPS World: Analysis of the Policy Shift and Impact of the Principal Purpose Test for MNE Groups. Bulletin for International Taxation, 2018, vol. 72, no. 1, pp. 31-55.Duff D. G. Tax Treaty Abuse and the Principal Purpose Test — Part 1 // Canadian Tax Journal. 2018a. Vol. 66. No 3. P. 619–677.Duff D. G. Tax Treaty Abuse and the Principal Purpose Test - Part 1. Canadian Tax Journal, 2018a, vol. 66, no. 3, pp. 619-677.Duff D. G. Tax Treaty Abuse and the Principal Purpose Test — Part 2 // Canadian Tax Journal. 2018b. Vol. 66. No 4. P. 947–1011.Duff D. G. Tax Treaty Abuse and the Principal Purpose Test - Part 2. Canadian Tax Journal, 2018b, vol. 66, no. 4, pp. 947-1011.Kok R. The Principal Purpose Test in Tax Treaties Under BEPS 6 // Intertax. 2016. Vol. 44. No 5. P. 406–412.Kok R. The Principal Purpose Test in Tax Treaties Under BEPS 6. Intertax, 2016, vol. 44, no. 5, pp. 406-412.Lang М. BEPS Action 6: Introducing an Antiabuse Rule in Tax Treaties // Tax Notes International. 2014. Vol. 74. No 7. P. 655–664.Lang М. BEPS Action 6: Introducing an Antiabuse Rule in Tax Treaties. Tax Notes International, 2014, vol. 74, no. 7, pp. 655-664.Weber D. The Reasonableness Test of the Principal Purpose Test Rule in OECD BEPS Action 6 (Tax Treaty Abuse) Versus the EU Principle of Legal Certainty and the EU Abuse of Law Case Law // Erasmus Law Review. 2017. Vol. 10. No 1. P. 48–59.Weber D. The Reasonableness Test of the Principal Purpose Test Rule in OECD BEPS Action 6 (Tax Treaty Abuse) Versus the EU Principle of Legal Certainty and the EU Abuse of Law Case Law. Erasmus Law Review, 2017, vol. 10, no. 1, pp. 48-59.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.